«Издательский дом „Мiръ“»
«Творческая мастерская Сергея Курбатова»
Творческая мастерская «Ручная печать» Реставрационно-переплетная мастерская «Гарда»
предыдущий следующий

На экране моей памяти; Вечера поэтов в годы бедствий

На экране моей памяти; Вечера поэтов в годы бедствий
На экране моей памяти; Вечера поэтов в годы бедствий
Подготовка текстов, вступительная статья и комментарии О. Р. Демидовой

Серия: 

Место издания: 

  • СПб.: Изд. дом «Мiръ»

Год издания: 

Количество страниц: 

520 с.

ISBN: 

5-98846-002-Х
  • научное издание
Издано при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям в рамках Федеральной целевой программы «Культура России»

Переплет: 

твердый переплет

Формат: 

14 x 21,5 см

    В биографиях Софии Ивановны Аничковой-Таубе (1879–1957) и Августы Филипповны Даманской (1875–1959) много общих черт: они были почти ровесницами, обе родились в провинции, в 1890-х гг. приехали в Петербург и вошли в петербургский литературно-артистический мир. В 1900-х и 1910-х гг. сотрудничали в столичной и провинциальной периодике, издали по нескольку книг, довольно активно участвовали в литературной и художественной жизни Петербурга; принадлежа к одним и тем же объединениям и кружкам, бывая в одних и тех же литературных салонах, вполне могли встречаться и быть знакомы.

В эти же годы постепенно сложилась их литературная репутация, и обе они заняли в писательской иерархии довольно прочное место — во втором ряду, среди многочисленных «малых» авторов.
   
В пореволюционные годы они, как многие их современники и товарищи по писательскому цеху, бедствовали и вынуждены были приспосабливаться к условиям новой жизни, о чем достаточно подробно рассказывают их воспоминания. Тогда же они потеряли единственных сыновей: сын Таубе Георгий был арестован как бывший офицер летом 1918 г. и расстрелян в числе заложников после убийства М. Урицкого, сын Даманской Борис умер в Петрограде зимой 1919 или 1920 г.
   
В 1920-х гг. обе писательницы покинули Россию. Даманская, переодетая в крестьянское платье, летом 1920 г. пешком перешла эстонскую границу и после недолгого ареста попала в Ревель (Таллин), откуда вскоре перебралась в Берлин, а в 1923 — в Париж. Таубе с мужем в 1925 г. сумела выехать из СССР легально.
   
В эмиграции писательницы продолжали сотрудничать в периодических изданиях. Таубе — преимущественно правой, монархической ориентации, Даманская — преимущественно в изданиях демократической направленности, но спектр этих изданий был достаточно широким. Из наиболее известных публикаций первой мемуаристки — книга «Загадка Ленина» (Прага, 1935), в которой нашли отражение пореволюционная российская действительность и впечатления автора от встреч с советскими «богами». Даманская в годы изгнания писала статьи, путевые очерки, рецензии для эмигрантских газет и журналов Европы, Азии и Америки, много переводила, издала два романа и несколько сборников рассказов.
   
Однако несмотря на внешнюю схожесть судеб их воспоминания разительно отличаются друг от друга. И главное, что делает их такими разными по духу при всей общности авторских судеб и лежащей в основе мемуаров действительности, — ракурс повествования, основанный на специфике «оптики» восприятия, обусловленной, в свою очередь, авторским представлением о себе, о мире и о своем месте в нем. «Вечера…» — одночастное произведение, автор которого вспоминает, главным образом, о сравнительно недолгом, хотя и чрезвычайно насыщенном событиями, периоде от Февральской революции до середины 1920-х гг., и действие происходит только в Петрограде,  преимущественно в ее салоне на Фонтанке, одном из последних столичных салонов такого рода. Таубе в мемуарах ни на шаг не отступает от того автообраза, который она столь последовательно и целенаправленно выстраивала в жизни и воссоздавала в подчеркнуто автобиографических образах своих героинь – и который имел сравнительно мало общего с «харьковской мещанкой», «второй гильдии купчихой города Ямбурга Софией Ивановной Реутской» (С. Аничкова — ее литературный псевдоним), вышедшей в 1906 г. замуж за подпоручика корпуса инженер-механиков барона Эммануила Николаевича Таубе. В собственном представлении она — аристократка, «роковая» красавица, покровительница муз, играющая весьма заметную роль в столичном мире искусств.
   
«На экране моей памяти» создавались последние годы жизни и писались специально для комплектовавшего свои фонды Бахметевского архива. Мемуаристка основывалась не только на том, что сохранила ее память, но и на воспоминаниях современников и на собственных газетных публикациях 1920-х — 1950-х гг. Ее мемуар — трилогия, каждая часть которой соответствует одному из трех основных этапов жизни автора: российскому (1900-е — 1920), берлинскому (1920–1923) и парижскому (1923–1959).  Даманская стремится прежде всего воссоздать историю эпохи и рассказать о судьбе своего поколения — установка, отображенная уже в названии мемуара. Не перипетии личной судьбы, а то, что происходит вокруг автора и запечатлевается на экране памяти, представляет для мемуаристки основной интерес. На страницах воспоминаний она предстает как участница и свидетельница событий, а не как главное действующее лицо; в тех редких случаях, когда она рассказывает о сложностях собственной жизни, Даманская оговаривается, что была лишь одной «из многих сотен русских», на долю которых выпали нелегкие испытания.
   
Немаловажно, что автор не только воссоздает историю своего поколения — она пытается ее осмыслить и дать ей по возможности объективную оценку, «вписать» ее в контекст культурной истории Европы. В воспоминаниях много размышлений об особенностях национального характера, о специфике русской культуры и литературы, о судьбах русских писателей в изгнании, о феномене эмиграции как таковом и об отличиях русской эмиграции первой волны от эмиграций других эпох и из других стран.

210,00 руб.